В 1948 году Всемирная организация здравоохранения закрепляет определение, которое принимают почти все страны: здоровье есть состояние полного физического, душевного и социального благополучия, а не только отсутствие болезни. Эта фраза никогда не отменялась. И всё же наши системы делают обратное: они определяют, измеряют и ведут здоровье главным образом как отсутствие болезни. Сагеократия принимает всерьёз другую сторону и задаёт простой вопрос: а что, если симптом, это также сигнал?
Здоровье, не отсутствие болезни
В наших системах здоровье определено странно: это то, что остаётся, когда нет болезни. О нём заботятся, когда оно ухудшается, его измеряют по тому, что не в порядке, и вмешиваются часто, когда уже почти поздно. Этот подход дал значительные достижения, которые не о том, чтобы преуменьшать. Но у него три слепых пятна. Он ждёт, пока болезнь придёт, тогда как немалая часть того, что делает жизнь тягостной, усталость, тревога, бессонница, не всегда происходит от ясно установленной болезни: часто это укоренившееся неравновесие, которое одно лекарство не сможет рассеять. Он рассекает тело на органы: каждый специалист делает свою работу, часто превосходно, но на человека в целом смотрят редко, разве что семейный врач. И он наблюдает тело, будто оно работает в пустоте, забывая о повседневности, связях и среде, которые давят на него. Для Сагеократии здоровье, не состояние, которое надо нагонять: это равновесие, которое надо поддерживать день за днём. Ничто здесь не заменяет ни диагноза, ни лечения с доказанной эффективностью, и ничто не призывает его прерывать.
Когда тело говорит об общности
Из этого смещения рождается иное слушание. Когда несколько человек одной общности ощущают нечто схожее, длящуюся усталость, смутное недомогание, спрашивают не только о том, как лечить каждого: спрашивают и о том, что в нашем способе действовать порождает это состояние. Симптом перестаёт быть лишь личной жалобой и становится сведением об общности. Это предполагает два смещения: слушать то, что тела выражают как сигнал, и принять, что благополучие всех, дело всех, а не только специалиста, вызванного при поломке. Заботиться тогда, уже не только чинить: это делать само устройство актом заботы.
Сигнал, а не вина
То же верно для душевного страдания, кризис которого, вероятно небывалого масштаба, переживают наши общества. Депрессия, тревога, истощение, чувство пустоты: эти явления затрагивают теперь всякий возраст и всякую среду. Сагеократический взгляд не отрицает их и не сводит к биологической неполадке, которую надо исправить: он заботится о них, с лечением, когда оно необходимо, и слышит в них также сигнал, сведение об условиях, в которых живут человек и общность. Такой взгляд не заменяет ни диагноза, ни лечения с доказанной эффективностью: психиатрия и психотерапия остаются необходимыми и ценными. Когда страдание становится массовым, на кону уже не только психология отдельных людей, но устройство, создающее эти условия. Как общество на деле взращивает это равновесие в повседневности, через пищу, отдых и уважение к ритмам живого, в дополнение к медицине, развернёт книга, которой ещё предстоит выйти; эта статья лишь ставит вопрос.